Он ее полюбил за наружную красоту,
неудачный брак, леденец во рту,
чистоту всех отверстий и духовную чистоту.
Вот она ступает с ним рядом, сама собой,
заводная кукла с припухшей нижней губой,
ей еще не знаком гормональный сбой,
ее ноги длинны, а изгиб спины (как он каждый раз
убеждается в этом) розовый и голубой.
Она не выщипывает усы, ее желудок работает как часы,
и ему даже нравится, что она не умеет готовить ничего,
кроме жареной колбасы.
Они идут вдоль берега моря, где соль истачивает чужие кости,
лежащие на дне,
где чайка, подпрыгивая на волне, отслеживает тень рыбы,
плывущую в глубине,
где рыбак сидит на молу, начинаясь на букву «м»,
поскольку ничего не ловит, но и пришел не за тем.
Погляди, говорит он, вот мы, а дальше — всё, что не мы,
мне приснился сон, что я один, я проснулся в слезах,
у тебя такие нежные гланды, говорит он, я схожу с ума.
Она молчит, поскольку знает сама -
у нее красивая печень, которой на пользу сухое вино
(впрочем, сама она предпочитает коньяк), и крепкие мышцы ног,
ее почки распускаются, как цветы,
ее мальпигиевы клубочки
чисты.
Он говорит, — погляди, какой вечер, какие облака над морем,
зеленая звезда, вода,
жаль, что портит окрестный пейзаж та женщина, бредущая
неизвестно куда,
она стара и страшна, она в песке оставляет след,
у нее от недостатка кальция хрупок скелет,
вот-вот переломится шейка бедра,
и печень ее черна.
Она говорит, — увы, это (в переносном, конечно, смысле) моя сестра.
А сама думает — не хочу туда смотреть, не хочу,
схожу завтра на фитнесс, схожу к врачу,
пускай подтвердит, что моя печень свежа и чиста,
что желудочный сок способен разъесть металл.
Пойдем лучше домой, говорит она,
ты устал.

© Мария Галина

Я болею этим стихотворением уже несколько дней и оно никак не идет у меня из памяти, мысли закручиваются спиралью и неизменно возвращаются к этим строкам. Наверное надо его выучить, ведь бывает так, что чужой текст сам просится в память, стучится в дверь души очень настойчиво, пусть и незвано.

В этих строках словно зашифрован какой-то код или заклинание, которое я пока не могу произнести правильным речитативом. Хотя это совсем простые слова и смысл прозрачен и сух, но я вижу так явно нарисованную черными рядами букв картину сложную и многогранную в кажущейся своей простоте. Она черно-белая, зернистая как старая фотография.

Я вижу их – молодую женщину рядом с немолодым мужчиной, негромкая беседа отрывиста и в ней много пауз как бывает между теми у кого слишком мало общего. Того самого внутреннего общего от которого захлебываясь говоришь часами, а когда его нет – много молчишь, лишь изредка бросая короткие фразы о погоде, завтраке, нелепо одетом прохожем. Между двумя совершенно разными людьми тоже может возникнуть близость – поверхностная, телесная, бытовая, которая, может быть, связывает крепче духовной,  ибо реальна и осязаема.

Он любит ее тело потому что оно молодо и прекрасно, и все остальное в ней – голос, мысли, жесты, смех, лишь продолжение этого юного, гладкого тела. А она любит любовь к себе,  потому что не врет себе о духовном и самое ее существование – гимн телесности, животной грации и красоте. Разве это не правда? Разве это не настоящее?

А вдалеке, у кромки воды тень, силуэт настолько размытый, что почти не существующий, очень зыбкий, но именно это приковывает взгляд, как хочется рассмотреть стремительно исчезающий закат и остается в памяти последний аккорд тихой мелодии. Когда телесное истончается, стирается временем остается только начинка, внутреннее содержание – и светлое и темное, а чаще – серое, но неповторимое. Я – именно его хочу разглядеть...

P.S. Если ты, дорогой читатель моего скромного блога не поленился прочесть стихотворение оно тебе понравилось — я буду рада узнать, что увидел в этих строчках ты.